Хозяин земли

Газета Мои года, подготовила и опубликовала прекрасный материал о почётного гражданина Иркутского района, участника Великой Отечественной войны, кавалера орденов Ленина, Октябрьской революции, Отечественной войны I и II степени Афанасии Ивановиче Ощерине.

Как на ладони

Афанасий Иванович председательский пост покинул четыре десятка лет назад, его уже очень давно нет среди нас, но в благодарной памяти односельчан он по-прежнему яркий маяк, на который они ориентируются. До последних дней его жизни к нему тянулись все, кто нуждался в совете, помощи, добром слове – от рядового до руководителя разного калибра. Знали: отказа не будет.

Жизнь Ощерина – как на ладони для каждого хомутовца: здесь его корни, предки жили на этой земле, здесь родился и отсюда ушел служить в Дальневосточный полк НКВД. Великая Отечественная уже гремела на Западе, а их полк все держали в резерве и бросили в 1942 году в самое пекло под Сталинград на усиление 62-й армии. Отдельный пулёметный взвод младшего лейтенанта Ощерина попал в адский котел, где круглосуточно кипели кровопролитные бои, в одном из них погиб лучший друг – односельчанин Иннокентий Латышев.

Пули, казалось, не брали Афанасия, и после очередного боя он доставал из кармана гимнастерки полосатый платочек, который дала ему бабушка, прошептавшая на прощание: «Это твой талисман, Афоня».

Из боя выходили седыми

Самое тяжелое сражение полк принял при взятии Мамаева кургана. Был дан приказ: переправиться через Волгу и сходу вступить в бой. Переправлялись под бешеным обстрелом зенитных батарей и авиации немцев.

– Ни шагу назад! – хрипел комбат. – Ты понял, взводный?

Куда уж ясней. Впереди фашисты, сзади свои, те и другие били прицельно.

– Вперед! За Родину! – увлекая своих бойцов, устремился взводный. Афанасий бежал, не чувствуя ни пуль, ни смертельной опасности. Там, впереди, маячил Мамаев курган, и в мозгу билась единственная мысль: добежать, взять… И тут его словно кто-то сильно подтолкнул. Он упал, поднял голову и хотел вскочить, чтобы бежать дальше. Не встал, сознание провалилось.

Ощерина случайно нашли на дне окопа санитары, услышавшие глухой стон. Очнулся взводный в лазарете. Койка на койке, стоны и русский мат. Шум в голове и невыносимая боль в правой ноге.

– Везучий ты, сибиряк, – сказали ему, – из всего батальона в живых остались единицы. Тебя, считай, с того света вернули.

Вспоминая страшные события того Сталинградского сражения, Афанасий Иванович говорил простым русским языком солдата:

«Смотрим, Сталинград горит, Волга в огне. Бьют со всех сторон. Трупов было столько, сколько я никогда не видел. Но приказ выполнили, взяли Мамаев курган. Некоторые наши солдаты выходили из этой атаки седыми…»

Четыре месяца на госпитальной койке. Когда Ощерин встал на ноги, получил приказ отправляться на афганскую границу на борьбу с басмачами. Там новая напасть – свалила малярия. Снова госпиталь и снова борьба за жизнь. Трудно сказать, чем бы закончилась эта борьба, если бы не вызвали из дома супругу Анну. Увидев мужа, она ахнула: от здорового мужика осталось 47 кило скелета. Больше года Анна выхаживала больного. То, что неподвластно докторам, оказалось посильно любящему сердцу. Афанасий встал, окреп и вернулся на фронт, прошагав по дорогам войны до победного 9 мая 1945-го.

Бой после Победы

Но для Ощерина война продолжалась. Его часть перебросили на Западную Украину, где свирепствовали банды недобитых бандеровцев. Националисты засели в бункере, и выбить их оттуда можно было одним путем: взорвать. Шанс самим остаться в живых 50 на 50. Ощерин собрал бойцов:

– Операция – смертельно-опасная. Когда война для большинства закончилась, я не имею морального права рисковать вашими жизнями. Добровольцы, шаг вперед!

Шагнул весь строй.

– Другого не ожидал! – сказал Ощерин. – Мы выполним приказ и уничтожим бандитов.

После взрыва Афанасий первым ворвался в бункер и был сбит огненным пламенем. Банду разгромили, а война оставила Ощерину след на всю жизнь – сильные ожоги лица и глаза. Как он вообще остался жить, пройдя всю войну?

В ответ Афанасий вынимал из кармана гимнастерки полосатый платочек и целовал его. Он хранил его как зеницу ока.

Только в 1947 году после долгого лечения в госпитале Ощерин вернулся в родное Хомутово.

Председатель

В 1962 году его выбрали председателем колхоза «Путь Ильича». Наследство досталось хуже некуда – полуразрушенное хозяйство. Как истинный хозяин земли, Афанасий Иванович горячо взялся за переустройство, на месте развалин построив животноводческий комплекс, механизированные фермы, ремонтные мастерские, зерноток, склады для хранения семян.

«Но что наши фермы, если негде жить, учиться, отдыхать…» И строил жилье, школы, больницы, социальные объекты. Из отстающих в миллионеры – таков стремительный рост колхоза при Ощерине. Это он сегодня – легенда, символ эпохи, а сам Афанасий Иванович себя таким не считал. Он родился и жил на земле, чтобы взращивать на ней богатые всходы, не думая о регалиях, о личном благополучии. Он и трех своих сыновей такими воспитал. Каждый из них пошел своим путем, но отцовский наказ: «сеять разумное, доброе, вечное» – помнили.

Солдат Победы, легендарный председатель прожил долгую, яркую и непростую жизнь. Предел наступил на 84-м году жизни. В последний путь его провожало все село. Прощальный салют завершил славную эпоху воина и труженика. Теперь одна из улиц Хомутово носит его имя.

…Десять лет назад мне довелось быть свидетелем редкого проявления любви к человеку, которого давно нет с нами, но который незримо присутствовал в зале. В тот студеный, но солнечный январский день, казалось, все дороги в Хомутово вели к Дворцу культуры, где отмечалось 90-летие со дня рождения Афанасия Ивановича. Сотни людей пришли отдать дань глубокого уважения своему великому земляку. Уверен, на этот раз повторится то же самое.

Павел КУШКИН, специально для «Мои года»