После представления, выходя из зала, жена в сердцах заявила мужу: «Сейчас приедем домой и я разорву твою шапку из нерпы!». И понять её можно: когда близко смотришь в блестящие и, без сомнений, смышлёные глаза обитателей Байкала, трудно даже представить, что можно на них покушаться ради каких-то материальных утех, тем более шапок. Болеть будет голова от осознания бесчеловечности и варварства. Идеализм, эмоции, утопия? И да и нет, потому что после того, как нерпинарий появился на Малом море, желающих даже среди завзятых рыбаков и охотников получить в качестве трофея байкальского тюленя убавилось. Так что нерпы, волею судьбы ставшие артистами, играют свою главную роль — заставляют переосмыслить потребительское отношение к себе и в целом братьям нашим меньшим.
Посмотреть в глаза Лариске
Судьба у каждой шоу-нерпы своя и особенная, но попали они к людям в младенческом возрасте, и объединяет их предопределённость — выросшие в бассейне, вернуться в Байкал они не смогут, как если бы нас внезапно отправили жить в космос. Ну разве что в фильме Георгия Данелии «Кин-дза-дза!» сниматься.
Так однажды и получилось, когда белёк Лёнька на съёмках ленты «Дух Байкала» как будто специально попал в кадр — ради него переписали сценарий и сделали всё, чтобы спасти: перевезли из Улан-Удэ к специалистам в Листвянку, обложив для охлаждения салом.
Нерпинарий, впрочем, тоже был создан для спасения — научных исследований, которые в 1990-е перестали финансировать, как и всю науку, заставляя перейти (даже фундаментальную!) на самоокупаемость. Вот и стали глазастые артисты зарабатывать на изучение самих себя, попутно обнаруживая новые штрихи к своему психофизическому портрету.
В 2010 году был опубликован доклад по результатам исследований айкью дельфинов, уже давно признанных высокоинтеллектуальными млекопитающими, и байкальских нерп. Расхождения не обнаружены, хотя у них разная психология: нерпы предпочитают одиночество, а дельфины любят коллектив. Умственные способности байкальских артистов подтвердились и на тренировках при подготовке к выступлениям, они усваивали понятия «большой — маленький» и даже сравнительные «больше — меньше». Так что в 2004 году, когда был открыт сначала в Иркутске первый нерпинарий, а в 2009 — Листвянке, было чем изумлять и очаровывать зрителей, а главное, побуждать переосмысливать своё отношение к байкальской живой природе. Первое впечатление, когда смотришь на Лариску с Тимошкой, воодушевлённо подплывшим к барьеру бассейна в предвкушении рыбки, — восторг и умиление. Ведь видел их сородичей лишь на экране и мягкой игрушкой, а тут глаза в глаза перед тобой такие красавцы, и хочется о них как можно больше узнать.
От слов к делу
Нерпинарий — новое слово в словаре. Евгений Баранов, учёный-лимнолог, взявшийся за создание нового проекта и уже много лет возглавляющий его, внедрил неологизм в обиход по аналогии с названием «дельфинарий». Изучением нерп он занимается с 1982 года, когда приехал в Лимнологический институт, которым руководил тогда легендарный исследователь и защитник Байкала академик Григорий Галазий. Физик по образованию, он ещё в Новосибирском академгородке, где работал в одной из секретных лабораторий, заинтересовался исследованиями кислородных режимов дыхания тюленей и нерп.
Тема остаётся в фокусе научного внимания и сейчас: как они могут не дышать под водой целый час и переносить состояние, аналогичное по показателям инфаркту у человека? Разгадка наверняка послужит созданию новых технологий для спасения человека, ведь наш организм с организмом нерпы очень схож.
На данном этапе изучение популяции байкальской нерпы ведётся главным образом методом наблюдения — анатомия особей известна. Используются новые технологии, к примеру, БПЛА для подсчёта количества особей, но вряд ли мы знаем, что нерпа сама может управлять рождаемостью, останавливая развитие плода и даже сбрасывая его при определённых обстоятельствах. Стало быть, вмешательство человека в регулирование численности популяции — завышенное самомнение?
Спасти Бублика
Вопрос такой вспыхивает каждый раз, когда приходит сообщение о спасении белька во льдах Байкала. Уже все знают, что если до детеныша нерпы дотронулся человек, то обратной дороги к матери и в среду обитания ему нет. Но мало кто знает, что нерпёнок не сможет найти своё логово, если он отошёл от него на сколько-нибудь значительное расстояние. А если он потерял гнездо и над ним кружит ворон, как быть? Оставить на «естественный отбор» или всё-таки взять на руки, тем самым лишить его будущего в Байкале, но спасти? Рыбаки из посёлка Солзан Слюдянского района, которые наверняка знают правила, сделали свой выбор, и сегодня Бублик (так назвали нового жильца в нерпинарии Листвянки) окружён профессиональной заботой, спит, свернувшись клубочком в муляжном спасательном круге, пьёт из соски специально разработанную для бельков смесь и прибавляет в весе. Уже пять с лишним килограммов. Да, он не вернётся в естественную среду, но подрастёт и пройдёт двухгодичный (как правило) курс с любящим тренером — других не держат — и будет являться на глаза зрителей, получая рыбку и обратную связь, что «чувства добрые» собою пробуждал.
А это так важно в наш рискующий расчеловечиться век, так же как и поменять мировоззрение по отношению к живой природе. Два года назад 480 крупнейших учёных мира подписали декларацию, признающую, что животные имеют сознание. А может быть, и речь? У Евгения Алексеевича есть предположение, что у нерп свой язык. Они сжимают ноздри, издают не очень приличный низкочастотный звук, который, поднимаясь под водой, ударяется об лёд и отлетает дальше как в пинг-понге. До расшифровки этих сигналов всё равно дело дойдёт, и тогда мы узнаем, что они про нас думают, нерпы ведь так осторожны и очень боятся человека…
Анастасия ДМИТРИЕВА, фото Александра НОВИКОВА