О строителе БАМа, председателе бамовского движения и хозяйке садика «У бабули» Аделине Вережниковой
К открытию своего частного детского сада Аделина Васильевна Вережникова готовилась основательно: вначале пошла работать по найму нянечкой на целый год, потом поваром, обложившись специальной литературой и вызвав полное недоумение друзей и мужа: «У тебя два высших образования, ты чего?». А вот загорелась!
Напротив дома в Грановщине, куда переехали вроде на заслуженный отдых, открылся детский сад. Наблюдая за копошащейся малышнёй, неугомонная пенсионерка поняла, что всегда хотела с ними заниматься. Хотя слово «пенсионерка» в привычном смысле не про неё — она просто взяла и наполнила его совсем другим содержанием.
«Серебряный возраст» — это время, чтобы заново найти себя. А ведь успешную карьеру с мужем сделали, дочь вырастили, дом построили, но он не уместился в формат «приют для списанных пилотов».
Хозяйку дома позвала за собой мечта, и вот уже 15 лет она в семь утра на своем посту, чтобы встречать малышей, которые с порога простирают к ней ручки и радостно восклицают: «Баба! Баба!». Он так и называется — садик «У бабули».
— Они бегут, меня вот так окружат, — как будто рисует картину Аделина Васильевна, — и всё отходит на задний план. Мне так хочется жить и быть с ними рядом. Ну, это же здорово! Это стимул моей жизни. А если бы я сидела дома? Нет, даже не представляю.
Вперёд, на стройку века!
В свои 22 года дипломированный товаровед на швейной фабрике Аделина тоже не усидела на месте. Торговое образование она получила в Усолье-Сибирском, куда перебралась семья с переводом отца на «Усольехимпром» после экспедиции, разведавшей Ковыктинское газоконденсатное месторождение. Оно могло стать оплотом завидной обеспеченности в советскую эпоху бесчисленного дефицита.
Но об этом голова не болела: подруга приезжала в отпуск к родителям из Магистрального, где гудел на всю страну БАМ, и рассказ её был так зажигателен, что мечта примкнуть к строителям в любом качестве не давала покоя. Впечатления были неизгладимы, ведь вся страна смотрела в прямом эфире центрального телевидения, как первый строительный отряд уезжал прямо с XVII съезда комсомола в далёкую Сибирь на стройку века. Их встречали почти на каждой станции как героев, завидуя, что парням и девчатам выпала такая честь.
Полвека спустя в том же Кремлёвском дворце съездов наш президент собрал строителей легендарной трассы, чтобы выразить благодарность за энтузиазм, трудовую доблесть и подлинный патриотизм.
— Всё было по высшему разряду, — сказала Аделина Васильевна. — Строители БАМа это заслужили.
Здесь так не принято
Первопроходцы прибыли в глухую тайгу, где мошкара, зимой лютый холод и никаких тебе благ цивилизации. Аделина Васильевна прилетела в Магистральный в декабре 1977-го по доброй воле и без приглашения и первым делом столкнулась с совсем другими нравами на стройке века. Водитель Магируса (огромного самосвала немецкого производства), который вызвался подвезти до места, резко осёк, когда предложила плату за проезд: здесь так не принято!
Работы по профилю самовольно прибывшей не нашлось. Взяли продавцом в «Мехколонну-131», куда два года к ряду ходила каждое утро как марафонец — три километра туда и три обратно, несмотря на мороз. Это совсем не то что 10 тысяч шагов по счётчику в смартфоне, как рекомендуют сегодня. Стоять за прилавком полагалось до восьми вечера, и назад, к общежитию, добиралась почти к одиннадцати. Энтузиазм и выносливость были нормой на БАМе.
— Вот у нас Нина была, такая крепкая девочка, по образованию психолог, — рассказала Аделина Васильевна. — Так она забивала молотом костыли в шпалы. Татьяна Мамедова у нас в Хомутово живёт, тоже была укладчиком путей…
У добровольной труженицы со временем процесс пошёл, как в миниатюре непревзойдённого Аркадия Райкина: стала «и товароведом, и завскладом, и директором магазина». Сутками — так с коллегами говорили — «стояла на вагонах», чтобы весь скоропортящийся товар оприходовать и разгрузить. Арбузы мелькали перед глазами, а уже на подходе был виноград — 60 тонн. Бамовцев обеспечивали щедро, и не секрет, что многие ехали на стройку, чтобы через три года получить заветный талон на автомобиль.
Деньги в тумбочке
И всё равно вместе с ним увозили море ярких эмоций, впечатлений на всю жизнь, потому что такой романтики и такого братства больше нигде нельзя было испытать, почувствовав плечо надёжного сибирского друга. Об этом написана не одна книга и снят не один фильм.
— Мне не хватало денег на покупку тёплой дублёнки, и я попросила у девочек дать мне взаймы, — вспоминает Аделина Васильевна. — «Открой тумбочку и возьми, сколько надо», — сказали мне в ответ…
Ну, разве непонятно, что БАМ для его строителей — это не про деньги, а про такие ценности, как высокий полёт души, и это не будет высокопарно.
Тот восторг и великую гордость, которые испытали все после прохождения сложнейшего Северо-Муйского тоннеля и укладки легендарных «золотых» звеньев БАМа на станции Куанда, ставшей символом завершения грандиозной стройки, не придумать, не повторить.
Но это та внутренняя батарейка, которая питает всю жизнь, не даёт угаснуть энтузиазму и желанию строить новое, несмотря ни на что.
С БАМом по жизни
«А как же женственность после разгрузки вагонов и забивания костылей в шпалы?» — спрашиваю я свою собеседницу, отмечая про себя её ухоженность и модного цвета платье.
— Снимали робу, наряжались — все были красавицы — и шли в клуб танцевать. Или в кино. Усталость как рукой снимало, и каждый нашёл свою судьбу, — рассказала Аделина Вережникова.
И Аделина Васильевна тоже. Сто тридцать человек гуляли на свадьбе, и вот уже 43 года вместе. И каждый вечер после работы, когда верный спутник — ныне полковник полиции в отставке — за ней приезжает, встречаются, будто впервые. В Магистральном родилась дочь, состоялись все этапы профессиональной карьеры. Заметная была, как и сейчас, всегда на переднем плане: активистка, общественница, вокалистка — теперь в ансамбле «Россияночка». К тому же председатель бамовского движения, член совета ветеранов Хомутовского АО, а для своих любимых подопечных в садике — бабуля.
— Бамовский период, конечно, в моей жизни самый счастливый, — признаётся Аделина Васильевна, — потому что самый атмосферный. И так много друзей у меня есть до сих пор! И в бывшем Союзе — Ташкенте, Душанбе, и в России.
И то, что снова нашла себя в новом деле, тоже бамовский стержень — он научил строить жизнь, как дорогу к себе и своим мечтам.
